(no subject)

Если кто-то из журналистов пишет статью «мифы о трансгендерах», то давным давно уже пора добавлять одним из жирных пунктов такой миф, что трансгендеры поддерживают гендерные стереотипы и делают переход из-за гендерных стереотипов. Увы, журналисты часто думают, что лучше бороться с мифами людей постарше, а желательно помертвее. Ведь на этом легче получать зарплату, чем скрупулёзно изучать реальные тенденции в социуме. Поэтому не будет ни этого пункта, ни ссылок на научные исследования об ошибочности такой точки зрения. Не будут упомянуты имена маскулинных транс*женщин и феминных транс*мужчин. Люди с отвратительными представлениями о том, что, к примеру, транс*мужчины это просто не выдержавшие давления социума гендерно-нонконформные женщины, в свои молодые годы, когда ещё легко перестраивать свою ошибочную картину мира, не получают авторитетного опровержения своих взглядов.

До сих пор многие думают, что агрессивная трансфобия это плохо, а вежливыми словами оформленное «мнение», что трансгендеры, причём вообще всё транс*сообщество от начала и до конца — это мыслящее гендерными стереотипами стадо баранов, которое существует только из-за того, что существуют гендерные коробки — это нормально. Никто не осекает толком людей за такое «мнение», все делают вид, будто это вполне допустимо так говорить. А грязь льют на трансгендеров, если они по какой-то причине резко на это реагируют.

Вежливые слова не скрывают трансфобии. Если при упоминании транс*сообщества вы начинаете в предельно вежливых формулировках говорить о том, что лучше было бы транс*женщинам быть мужчинами и носить платья, это отвратительно и мерзко, и не только потому, что вы указываете людям на то, что им делать со своим телом, но и потому, что вы решаете, будто лучше самих людей знаете причину их дисфории, и ещё потому, что вы высказываетесь в том духе, будто не существует маскулинных транс*женщин. И агрессивная реакция на эту вашу от и до мразотскую позицию, в которой вы приписываете всему транс*сообществу такое преступление, как поддержку и ведомость гендерными стереотипами, совершенно нормальна. Потому что получать такие обвинения, что ты поддерживаешь то, что тебя травмировало, совершенно невыносимо. И агрессивная реакция на такие обвинения закономерна.

Гендерные стереотипы травмируют как маскулинную транс*женщину, так и феминную. Феминная транс*женщина, считываясь в детстве обществом как феминный цисгендерный мальчик, получает вдобавок к дисфории весь тот коктейль из травли, абьюза и ограничений на экспрессию, который получают феминные мальчики. Маскулинная транс*женщина получает обвинения в том, что слишком уж она маскулинно себя ведёт для того, чтобы быть женщиной. Кроме того, при маскулинности она больше подвержена риску денайла. У неё меньше шансов получить разрешение на переход у мыслящих гендерными стереотипами психиатра, меньше шансов обнаружить трансгендерность в детстве, и, следовательно, меньше шансов получить пассабельную внешность и прожить нормальную жизнь женщины после перехода. В среднем, транс*женщина не является ни гипермаскулинной, ни гиперфеминной персоной и поэтому получает и то, и другое.

Поэтому хватит нормально реагировать на недопустимые высказывания о поддержке явлением трансгендерности существования гендерных коробок. О несостоятельности такого утверждения было сказано многое, и продолжать на это реагировать нормально — потворствовать обыкновенной подлости.

Светлана Зайцева, ЛПК, 10 ноября 2019 года.

(no subject)

Живой Журнал как-то стал для меня не слишком удобен, но некоторые важные для меня вещи сохранены именно здесь.

(no subject)

Я всё ещё жива, и в общем-то радуюсь жизни. Но некоторые проблемы всё-таки в жизни моей ещё присутствуют.

В Сочи - шоу, а в Москве и Питере арестовывают и избивают мирных ЛГБТ-активистов

Оригинал взят у alienor_sm в В Сочи - шоу, а в Москве и Питере арестовывают и избивают мирных ЛГБТ-активистов
Москва, пишет Лена Костюченко:
Если коротко - за 4 часа в ОВД Китай-город Рейду Линн и Никс Нэмени приковывали наручниками и пинали, Глеба Латника били кулаком и хватали за волосы, Джинджер душили захватом. Я отделалась достаточно легко - сначала мне предлагали "пососать их болты", потом плюнули в лицо.
Ну и да, "сжечь вас всех", это тоже звучало.
Все полицейские были без нагрудных знаков.
Им было весело. Телефоны у нас отобрали. Сидели, смотрели фотки, лазали по смскам.
Защитника - помощника депутата Пономарева - к нам не пустили.
Потом меня просто выкинули из ОВД - без протокола, без ничего. Тем, кто протокол все-таки получил, написали "пели песню на мотив гимна Российской Федерации с исковерканными словами".
Это неправда. Мы пели гимн нашей страны. И про "отечество свободное", и про "одна ты на свете".
Мы допели гимн до конца.


Питер:
Today in St. Petersburg, Russia, four LGBT-activists, including one pregnant woman, were arrested while trying to display a banner reading "Discrimination is incompatible with the Olympic Movement. Principle 6. Olympic Charter" to support the actions held today all over the world.

Подозрительные лисы: Little Foxes — новый проект автора t.A.T.u.

«Где ты их нашел?» — спрашиваю я у Полиенко при встрече. «Сами нашлись. Я могу найти только наркотики, приключения и любовь». За день до этого Валерий присылает мне на почту текст с комментарием «впервые в жизни написал концепцию сам». «Общемировой скепсис и неотвратимость антропологической катастрофы, мрачные заклинания, истеричные крики и просто романтик-банальные слюни — вот какой эмоциональный мусор мотается по музыкальному эфиру. А музыкальный проект «Лисята» меняет ситуацию так: его герои, дуэт впервые влюбленных подростков, знают: в жизни светлым считается только путь любви и добра, но чтобы идти по нему, нужно обхитрить злые ловушки». На съемку Полиенко приезжает первым, чтобы лично проконтролировать процесс подготовки, и я прошу его выразить концептуальную идею уже на простом «пацанском» языке. «Хочу, чтобы по искренности это было на уровне новосибирского панка», — отвечает он. «Но дети, небось, электрогитары в руках не держали?» — «Я придумал очень простые партии, который любой дурак сможет сыграть. Это все-таки больше не музыкальный, а социальный проект. На # все, что е# мозг. Только любовь и свобода. Ну а что? Так и есть».

Полиенко написал для «лисят» восемь песен — четыре на русском языке, четыре на английском. Он показывает мне первый клип, где дети в кадре полуголые, измазанные грязью (на самом деле — кофе) и с пулеметными лентами на груди. Поп-мейнстримовая, но нервическая мелодия, а также текст («а давай вдвоем, пленных не берем — стоп, машина, банзай, анархия!») моментально вызывают ассоциацию с t.A.T.u. Я интересуюсь, хотел ли Полиенко именно такого эффекта, на что он отвечает: «Да, и я могу сказать пошло и гадко, почему. Чем больше будет ассоциаций с t.A.T.u., тем лучше будут жить Мария Валерьевна одна и Мария Валерьевна другая. Мне дочек кормить надо».

Валерий рассказывает, что ему на мобильный позвонил незнакомый «солидный мужчина», как бывает по несколько раз в месяц, и предложил написать для его талантливого сына песню. Обычно Полиенко сразу вежливо посылает на все четыре стороны, но тут дал слабину и согласился встретиться. В процессе разговора и придумалась концепция нового коллектива — девочку нашли позже, по кастингу. При этом Влад, сын «солидного мужчины», по словам Валерия, влюбился в Кристину по-настоящему: «У них прям космическая любовь, детская, честная, все время держат друг друга за руки». «Бабки-то хорошие?» — интересуюсь я меркантильной стороной дела, но Полиенко это не смущает: «А ты как думаешь? Я же делаю хороший проект». Правда, позже он добавляет, что поскольку никогда не умел работать, то все равно пишет песни «нервной системой и взглядом на мир», а не благодаря расчету. «Конечно, я свои творческие задачи тоже решаю, я не могу от головы. Я же дебил. В детстве меня хотели отдать в математическую школу. Но потом я увидел Леонида Александровича Стуканова, в белых штанах и в жопу пьяного, и понял, что кроме как в художественную, ни на какую другую не согласен».

Отец Влада Денис приезжает с «лисятами» на белой иномарке. Он одет в кожаную куртку, из-под которой торчит белая рубашка с отворотом. На вопрос о роде деятельности отвечает, как типичный коммерсант из 90‑х: «Свой бизнес. Кручусь потихоньку». У него, в отличие от Полиенко, несколько другое видение идеологии проекта: «Полтора года назад дочь моих знакомых, школьница, выкинулась с десятого этажа. Я и до этого обращал внимание на количество самоубийств среди детей, но это стало последней каплей. Тогда я впервые подумал, что неплохо бы создать проект, который помогал бы детям, склонным к суициду, не чувствовать себя одинокими в этом мире. С простыми и понятными песнями, которые пели бы такие же дети, как они сами».



В это время «лисят» Влада и Кристину, держащих друг друга за руки, одевают в черные халаты — они безропотно подчиняются всем командам Полиенко и Дениса. Я интересуюсь у авторов проекта, не боятся ли они обвинений в эксплуатации детского труда или в вовлечении детей в раннюю половую жизнь, на что Денис утверждает, что никаких сексуальных отношений между Владом и Кристиной нет, Кристина живет со своей мамой, с сыном у нее только «поцелуи и обнимания», и им обоим этого «с лихвой пока хватает». А в шоу-бизнесе, по словам Дениса, дети не новички: Влад снимался в эпизодических ролях в нескольких сериалах, Кристина выигрывала детские вокальные конкурсы, и им искренне нравится то, чем они занимаются сейчас. Единственная реальная проблема, с которой могут столкнуться «лисята», — невозможность выступать в ночных клубах, так как по закону детям до шестнадцати туда запрещен даже вход. «Лично я клал на все это свой длинный и толстый, — говорит Полиенко. — Не будут пускать в клубы — найдем где выступать. В ноябре, например, мы будем открывать и закрывать Неделю высокой моды». «А остальные музыканты есть?» — спрашиваю я. «Пока будем выступать под минус. Придумали, что «лисята» выйдут на сцену и сразу разобьют гитары. В дальнейшем я хотел бы, чтобы с ними играл негритенок-барабанщик, их ровесник, которого я уже нашел. И все». «Слушай, — интересуюсь я, — а они вообще понимают, о чем поют? Про ту же анархию, например?» — «Они — чувствуют, это главное. К тому же есть анархия — когда ты всего Кропоткина прочитал, а есть анархия — учительнице за шиворот лягушку забросить. В данном случае речь идет об анархии без Кропоткина».

Я подхожу к Владу и Кристине и на секунду отрываю их от съемки: «Дети, что такое для вас анархия?» — «Да знаем мы, — смеются оба в ответ. — Нам объясняли... но мы забыли».

Little Foxes
Премьера дебютного клипа — скоро на rollingstone.ru

Материал из ноябрьского номера российского Rolling Stone

(no subject)

Сергей Кургинян - фантастический лицемер. Он возмущается ополовиниванием высказывания "В СССР нет секса, есть любовь" и не возмущается очетвертированием аннотации:
"ЛЮДИ ИНВАЛИДЫ рождаются такими и такими умирают. Они не знают, что значит быть человеком. Они — подделка на основе человекообразной болванки. У них есть ноги, руки, другие части тела, внешне они неотличимы от людей. Но ЛЮДИ ИНВАЛИДЫ не живут, а функционируют. Их функции описываются законами механики и еще четырьмя признаками: жестокость, глупость, жадность, подлость. ЖГЖП. Любая их деятельность эффективна, предсказуема, тускла и разрушительна. Все плохие, очень плохие события — результат деятельности ЛЮДЕЙ ИНВАЛИДОВ. Мы живем среди них и редко замечаем этот большой человеческий fake"

(оставив только "Они (люди-инвалиды) не знают, что значит быть человеком. Они — подделка на основе человекообразной болванки.)

Высшая степень лицемерия и мразотства.